Успехи правления Николая II очевидны, однако многие наши соотечественники все еще находятся в плену пропагандистских штампов, выдуманных врагами русского народа еще сто лет назад. Согласно этим штампам Государь Николай Александрович “проиграл” русско-японскую и первую мировую войны, а потому, де, он “плохой государственный деятель”. На самом деле, неудачи в русско-японской и первой мировой стали следствиями не бездарности русских полководцев и Царя, а разгула революционного движения в тылу. Так в 1905 году Россия вынуждена была заключить Портсмутский мир с Японией как раз тогда, когда, несмотря на поражения и неудачи, получила в войне стратегические преимущество. В нашей истории можно найти немало примеров, когда русская армия поначалу терпела сокрушительные поражения и, уступив немалую территорию, обескровив противника в затяжных боях, затем разбивала его наголову. Наполеон захватил Москву, Карл XII добрался до Полтавы, но это не уберегло их от разгрома.
В 1905 г. японский военачальник Ояма находился только на полпути к Харбину, но к тому моменту уже растерял все свои преимущества. Русская армия была готова начать контрнаступление, а командующие Куропаткин и Линевич призывали правительство ни в коем случае не заключать мир. Японии грозил не только возврат завоеванного, но и потеря Кореи. Никакой катастрофы ни после пораждения под Мукденом, ни после сдачи Порт-Артура не было. Япония была истощена, понесла большие потери и, если бы война продолжилась, она бы потерпела поражение. Россия располагала значительными резервами, в то время как в Японии их не было.
Под Мукденом русские войска потерпели поражение, потеряв 90 тысяч человек, из них 30.000 пленными. Японская сторона потеряла 71.000 человек убитыми и ранеными. Однако, следует учесть, что потери русских войск были возобновляемы. Японии не удалось окружить и уничтожить русскую группировку, поэтому эта японская победа была равносильна поражению. После Мукдена стратегическая ситуация на фронте резко изменилась. Численный состав русских армий на Маньчжурском театре к концу августа 1905 г. равнялся 788 тыс. человек, 150 тыс. человек находились в Приморье и в тылу. Перевес сил теперь был уже на стороне русской армии и с каждым днем все более увеличивался. Японская армия была обессилена войной, а ее резервы подходили к концу. Вопреки широко распространенному мнению, никаких серьезных недостатков в действиях генерала Куропаткина не было. Наоборот, он действовал стратегически грамотно в соответствии с заранее разработанным планом и в тяжелых условиях сумел сохранить армию. Если бы в 1812 году император Александр I после сдачи Москвы подписал мирный договор с Наполеоном, то Кутузов оказался бы не героем, а главным виновником поражения. Куропаткин, подобно Кутузову, переиграл Ояму стратегически и не его вина в том, что война была преждевременно прекращена.
А как же быть с еще одной клеветой на Государя Николая II, знаменитым “кровавым воскресеньем”? Эта трагедия стала результатом тщательно спланированной провокации жидов и социал-демократов, которые намеренно вытолкнули рабочих Санкт-Петербурга под пули, чтобы дискредитировать Царя в глазах простого народа. 9 января 1905 года тысячные толпы питерских рабочих были собраны на площади у Зимнего Дворца. Накануне социалисты-провокаторы объявили рабочим о том, что, якобы, в этот день Государь благоволит встретиться с народом. Во главе провокационного заговора стоял священник Георгий Гапон – недюжинный демагог, человек неопределенных убеждений. В задачи Гапона и его социал-демократического окружения входило, во-первых, подорвать в рабочей среде доверие к царской власти и, во-вторых, вложить в уста рабочего люда некие политические требования, чтобы Царь был вынужден их выслушать; создать впечатление народного протеста против существующей власти и, в конечном счете, посеять в сердце Самодержца сомнение в том, что его народ доверяет ему.
В субботу, 8 января, организаторы мятежа решили сообщить Императору, что намерены прийти к нему с петицией. На это Царь ответил, что подобная встреча не входит в его планы, ибо вечером 8 января он должен был выехать в Москву. Таким образом, в воскресенье, 9 января, Царя в Петербурге не было. Между тем, утром 9 января рабочие от Путиловского завода с иконами, хоругвями и царскими портретами двинулись крестным ходом к Дворцовой площади, чтобы встретиться со своим Государем, как им было это обещано ранее. Из другого конца города к той же Дворцовой площади направился второй крестный ход.
Но была еще и третья колонна – крестным ходом ее нельзя было назвать – это были люди в кожаных куртках, смутьяны, которые пытались пристать то к одному, то к другому крестному ходу и подстрекали людей выкрикивать лозунги против Царя. Эти люди в кожанках – их было около 80 человек – и являлись движущей силой провокации. Задача их заключалась в том, чтобы создать общее впечатление революционной настроенности народных масс. Но прибиться к крестному шествию им так и не удалось: православные верующие не впустили их в свои ряды и оттеснили в сторону.
Крестные ходы вступили на площадь перед Зимним Дворцом. Выстроенные для порядка казаки сняли шапки перед святыми иконами. Люди собрались в назначенном месте в назначенный час и ждали, когда на встречу к ним выйдет Царь. Пели молитвы, всех переполняла радость. Все говорило о том, что народ пришел поклониться своему Царю – Помазаннику Божию. Но проходило время и Государь не появлялся. В народе стала расти напряженность и волнение, – провокаторы ликовали. Неожиданно мятежники из чердаков домов и подворотен и других укрытий начали стрелять по жандармам. Жандармы открыли ответный огонь. Среди народа возникла паника и давка. В результате в общей сложности было убито около 140 человек…
Государь Николай Александрович воплощал в себе лучшие черты Царей, которых знал, любил и почитал русский народ. Николай II был слуга Божий по своему внутреннему мировоззрению, по убеждениям, по своим действиям. Поэтому основным средством борьбы против Царя и Царской Семьи как тогда, так и теперь, явилась клевета.